Экспертиза антиквариата

Если ваша коллекция состоит не из карманных календариков или пивных пробок, если вы хотите повесить на стену качественную живопись или поставить на каминную полку старинную бронзу или фарфор, то рано или поздно вы неизбежно столкнетесь с вопросом непростым и болезненным, а подчас и роковым - проверка подлинности выбранного вами произведения искусства. Считается, что подлинность гарантирует экспертиза. Так давайте о ней и поговорим.

Существует два диаметрально противоположных взгляда на экспертизу антиквариата.

Коллекционеры «старой закалки» всегда ориентировались на свои знания и интуицию, а не на прилагающиеся к произведению искусства документы. Да и современный опытный антиквар, покажите вы ему хоть десять подтверждающих документов, если сам не поверит своему «глазу», «нюху» и прочим ощущениям, вещь не купит.

С другой стороны, те же антиквары жалуются иногда, что им приходится торговать не картинами, а «бумагами» – клиент всегда прав, и если он хочет подтверждения из всех московских музеев, он их получит.

Вот только всегда ли «бумага» гарантирует подлинность антиквариата?

Скандалы последних лет показывают, что нет, не всегда. На сегодняшний день ситуация с экспертизой в нашей стране не просто критическая – она ужасающая. Но давайте попробуем разобраться во всем по порядку. И для начала обратимся к опыту западных коллег.

 

К примеру, во Франции роль эксперта гарантирующего подлинность, может выполнять любой антиквар. Автор статьи своими глазами видел заключение на роскошную французскую мебель 1930-х годов в стиле ар деко, купленную одним собирателем в Париже. Выглядит это следующим образом: на альбомном листе А4 с одной стороны располагается крупная и четкая фотография предмета, а на обороте – лаконичная надпись «Я, такой-то, удостоверяю, что стол, изображенный на оборотной стороне, действительно выполнен таким-то мастером в 1928 году из массива красного дерева и украшен кожей акулы со вставками из слоновой кости».

И этого цивилизованному западному покупателю вполне достаточно, и ему в голову не придет идти просить подобную бумагу в музее, потому что, во-первых, репутация фирмы для любого западного антиквара дороже любых денег, которые можно заработать на продаже подделок, и всего лишь одна намеренно проданная фальшивка может положить конец всему его бизнесу, а во-вторых, в случае обнаружения такого подобного промаха он заплатит государству штраф, немалые размеры которого послужат на благо честной торговли.

 

Кроме того, для всего западного мира огромную роль играет такая вещь, как провенанс, то есть история бытования предмета или картины, его происхождение и перемещения после того, как он покинул мастерскую художника.

 

На Международном салоне в Манеже одним из общепризнанных шедевров была небольшая работа конца XVI века испанского мастера Эль Греко. Одному московскому журналисту пришла в голову мысль на страницах газеты усомниться в подлинности картины. Владелица галереи, которая привезла шедевр в Москву, была возмущена и искренне недоумевала – почему этот журналист не обратился со своими сомнениями к ней лично, она бы рассказала ему весь жизненный путь картины буквально от мастерской художника до наших дней. Но ему это, скорее всего, просто не пришло в голову, на нашем рынке провенанс – понятие практически не существующее.

 

Объясняется это, конечно, историческими условиями – как проследить, какой шальной матрос в революционном угаре снял со стены барского дома картину и что с ней потом случилось? Да и в советское время коллекционирование не то чтобы было под запретом, но не приветствовалось, это факт.

В результате за последние сто лет сложилась ситуация, при которой экспертами по антиквариату могут быть в основном музейные работники – ведь именно в их руках огромные базы данных и тысячи эталонных экспонатов.

Правда, антиквары с этим спорят – говорят, когда вкладываешь свои деньги, причем, заметим, немалые, учишься очень быстро и после пары-тройки неудачных покупок отличаешь подлинник от подделки за версту.

Да и репутация уже и на нашем рынке начинает играть положительную роль – конкурентов много, потерять клиента легко, а найти намного сложнее.

Ситуацию на антикварном рынке здорово подорвали скандалы последних лет – нашумевшее «дело Преображенских» - четы антикваров, покупавших на западных аукционах западные же пейзажи, похожие на русские, «переименовывавших» их в именитых русских мастеров XIX века, что прибавляло несколько нулей к их изначальной стоимости.

Потом публичный отказ известного эксперта Владимира Петрова от части своих старых экспертиз – дескать, только сейчас понял, что был тогда не прав.

Прибавьте к этому многочисленные передачи негативного содержания на нашем телевидении.

И, наконец, гром среди и так уже не ясного неба – заявление Росохранкультуры о запрете государственным музеям давать заключения о подлинности произведений искусства частным лицам. Этот последний шаг, объявленный на Антикварном салоне, вызвал шоковую реакцию у всех без исключения участников процесса. Музеи лишились существенной статьи дохода, антиквары – заветных «бумаг».

Что дальше?

Что дальше, не знает пока никто. Росохранкультура обещает разработать правила аттестации экспертов, и, говорят, будет все как на западе – любой антиквар сможет при соблюдении определенных условий получить гордое звание эксперта и выдавать бумаги за своей подписью. Непонятно только, кто будет выдачу этих бумаг контролировать, и что будет, если эксперт ошибется.

Пока что фраза «эксперт имеет право на ошибку» была ключевой в объяснении всех скандальных историй с участием музейных экспертов. Да и правил самих пока еще нет.

На сегодняшний день продолжают работать и выдавать заключения Всероссийский художественно-реставрационный центр им. академика Грабаря и НИИ реставрации – они не музеи, им пока можно.

Кроме того, активно работает несколько лет существующая на рынке частная компания «Арт-консалтинг», имеющая свою техническую базу и приглашающая все тех же музейных экспертов.

Заключения на произведения Петра Кончаловского и его сына Михаила выдает недавно образованный Фонд Кончаловского.

 

Покупая работы современных художников, Вы можете во избежание копирования и производства массового сюжета попросить авторское заверение о том, что работа выполнена в единственном экземпляре, не имеет копий вариантов.

Если Вы покупая картину знаете, что ее сюжет не единственный, то будет правильно, если Вы попросите зафиксировать повторение либо на обратной стороне холста, либо указать в подтверждении авторства - общее количество копий и номер данной копии.

В любом случае покупать произведения искусства лучшее при жизни автора - получите удовольствие от общения, бесценные знания и опыт, о котором вы никогда не пожалеете.

 

Но все перечисленное не дает ответа на самый главный вопрос: что делать вам, покупателю и коллекционеру, который хочет вложить свои деньги в произведения искусства?

 

Вариантов несколько.

Первый – идите к антиквару, которого вы хорошо знаете, который успел зарекомендовать себя на рынке, или которого хорошо знают ваши знакомые.

А если такового нет – идите в солидную, не первый год существующую на рынке галерею, владелец которой, в случае «досадной ошибки» всегда сможет возместить вам ваши убытки, или, говоря на жаргоне антикваров, «ответить деньгами».

Или вариант третий – берите пример с Третьяковых, Морозовых, Щукиных и других коллекционеров начала прошлого века, то есть покупайте современное искусство, работы ныне живущих художников, которые и подделывают меньше и проверить подлинность можно у самого автора, а не у стороннего эксперта.

Или вариант самый смелый – станьте экспертом сами. Ходите в музеи, в галереи, на выставки, читайте книги, «оттачивайте глаз», и тогда ваша коллекция обогатится дополнительными историями находок и ошибок, удач и поражений. Наш сайт антиквариат со всего мира также будет вам полезен.

Но какой бы вариант вы не выбрали – довериться профессионалам или во всем разбираться самому – мы желаем вам удачи, а также приятных открытий и хороших вещей в коллекцию!

All Antik - Антиквариат со всего мира © 2017